Дубницкая Э.Б., Волель Б.А. Научный центр психического здоровья РАМН, Москва Введение Клинический опыт, подтвердивший выраженность и потенциальную опасность побочных эффектов традиционных ингибиторов моноаминооксидазы (гепатотоксичность, потенцирование прессорных эффектов тирамина), связанных с длительным, усиливающимся по мере приема или необратимым угнетением ферментативной активности, потребовал отказа от широкого применения средств этого ряда. Вместе с тем при проведении дальнейших фармакологических исследований не мог не учитываться тот факт, что ингибирование МАО - специфического фермента, катализирующего окислительное дезаминирование моноаминов, участвующих в регуляции функций ЦНС, является одним из важных путей воздействия на нейромедиаторные процессы, детерминирующие базисные механизмы депрессий. Данные о множественности моноаминооксидазы с выделением двух типов: МАО-А и МАО-Б позволили направить научный поиск в области психофармакологии антидепрессантов на синтез соединений, подобно ингибиторам МАО блокирующих фермент и вызывающих кумуляцию моноаминовых нейромедиаторов, но лишенных нежелательных эффектов традиционных ИМАО. Развитие научных исследований в этом направлении привело к синтезу ИМАО избирательного действия (ОИМАО-А), угнетающих фермент на короткое время и соответственно - заведомо обладающих минимальными побочными эффектами, присущими ИМАО. Клинический опыт, подтвердивший выраженность и потенциальную опасность побочных эффектов традиционных ингибиторов моноаминооксидазы (гепатотоксичность, потенцирование прессорных эффектов тирамина), связанных с длительным, усиливающимся по мере приема или необратимым угнетением ферментативной активности, потребовал отказа от широкого применения средств этого ряда. Вместе с тем при проведении дальнейших фармакологических исследований не мог не учитываться тот факт, что ингибирование МАО - специфического фермента, катализирующего окислительное дезаминирование моноаминов, участвующих в регуляции функций ЦНС, является одним из важных путей воздействия на нейромедиаторные процессы, детерминирующие базисные механизмы депрессий. Данные о множественности моноаминооксидазы с выделением двух типов: МАО-А и МАО-Б позволили направить научный поиск в области психофармакологии антидепрессантов на синтез соединений, подобно ингибиторам МАО блокирующих фермент и вызывающих кумуляцию моноаминовых нейромедиаторов, но лишенных нежелательных эффектов традиционных ИМАО. Развитие научных исследований в этом направлении привело к синтезу ИМАО избирательного действия (ОИМАО-А), угнетающих фермент на короткое время и соответственно - заведомо обладающих минимальными побочными эффектами, присущими ИМАО. К числу антидепрессантов с такими свойствами относится пирлиндол (Пиразидол) - один из первых представителей ОИМАО-А. Будучи атипичным антидепрессантом четырехциклической структуры, синтезированным отечественными нейрофармакологами еще в 1975 г, и наиболее активным среди соединений этого ряда, Пиразидол обнаружил оригинальный механизм действия: ингибирующее влияние не только на активность МАО, но также на нейрональный захват моноаминов. Наряду с избирательным ингибированием МАО типа А, Пиразидол избирательно дезаминирует серотонин и норадреналин. Активное фармакологическое и клиническое изучение ОИМАО-А и в частности, пирлиндола, проводившееся с конца 70-х годов, подтвердило его сопоставимую с действием ТЦА антидепрессивную активность и преимущество над ТЦА в плане отсутствия кардиотоксических и антихолинергических побочных эффектов [1,2,5,6,21]. Цель настоящего открытого исследования, проведенного в отделе по изучению пограничной психической патологии и психосоматических расстройств (руководитель - академик РАМН профессор А.Б. Смулевич) НЦПЗ РАМН - оценка эффективности и безопасности Пиразидола (Выпуск препарата возобновлен отечественной промышленностью в 2002 г. Необходимое для проведения исследования количество Пиразидола любезно предоставлено ЗАО "Мастерлек".) при депрессивных состояниях. Материалы и методы исследования Отбор больных в исследование проводился с учетом общего прогноза эффективности антидепрессивной терапии, согласно которому при купировании аффективных расстройств значительной выраженности (тяжелые депрессии) предпочтительны интенсивные методики лечения с применением антидепрессантов три- и гетероциклической структуры [11,14,20]. Соответственно изученная выборка сформирована из числа пациентов зрелого возраста (18-60 лет), страдающих депрессиями непсихотического уровня (легкой и средней степени тяжести). Критерии включения: соответствие клинической картины наблюдаемого расстройства диагностическим критериям МКБ-10 для депрессивного эпизода (F32) или рекуррентного депрессивного расстройства (F33); выраженность депрессии в формализованной оценке не менее 16 баллов по шкале Гамильтона (HDRS-21); информированное согласие на участие в исследовании; адекватные методы контрацепции для женщин детородного возраста. Исключались пациенты с признаками органического поражения ЦНС, тяжелых соматических заболеваний, отклонений в лабораторных тестах, высокого риска суицида, злоупотребления психоактивными веществами. Преобладающим расстройством в изученной выборке (30 пациентов - 24 женщины и 5 мужчин; средний возраст 39±4,1 лет) оказались рекуррентные депрессии умеренной степени тяжести (21 наблюдение - 70 % от числа больных, составивших выборку). Длительность текущего расстройства на момент обследования варьировала от 1 до 8 мес. Терапия Пиразидолом проводилась по гибкой методике, предполагающей назначение схемы лечения и терапевтических доз препарата в соответствии с психопатологической структурой, тяжестью проявлений и особенностями динамики наблюдаемого аффективного расстройства. Начальная доза препарата составила 50-75 мг/сут, средняя суточная - 200-350 мг и распределялась на 2 приема (в вечерние часы в связи с риском инсомнии Пиразидол не назначался). Курс лечения Пиразидолом составил для всех пациентов 28 дней - 4 нед активной терапии. В случаях инсомнии допускалось применение анксиолитиков бензодиазепинового ряда (феназепам до 3 мг/сут, клоназепам - до 2 мг/сут, альпразолам - до 1 мг/сут). Для оценки эффективности и безопасности терапии использовались следующие инструменты: Шкала общего клинического впечатления (CGI), Шкала Гамильтона для оценки депрессии (HDRS-21), Шкала оценки побочных эффектов (UKU). Терапевтический эффект оценивался как положительный при регистрации выраженного или существенного улучшения по шкале CGI, а также при снижении суммы баллов по шкале Гамильтона более чем на 50% в сравнении с исходными значениями. Статистический анализ осуществлялся с помощью методов непараметрической статистики. Результаты Полностью завершили исследование 29 из 30 пациентов, что составляет 96,6% больных изученной выборки (Причиной отмены терапии являлось в этом случае допущенное больной нарушение схемы лечения.) . Положительный эффект терапии (выраженное и существенное улучшение по шкале CGI) зарегистрирован у большинства больных: суммарная эффективность составила 73% (рис. 1). Следует отметить, что доля респондеров в изученной выборке сопоставима с расчетами, приводимыми как отечественными, так и зарубежными авторами [3,7,16,18]. Рис. 1. Суммарная эффективность и частота побочных явлений на терапии пиразидолом в изученной выборке (n=29) Данные о хорошей переносимости и безопасности Пиразидола, приводимые в литературе [10,13,17,19], также согласуется с результатами, полученными в настоящем исследовании. Сопровождавшие терапию побочные явления, как это показано на рисунке 1, выявлялись примерно у четверти больных (у 8 из 29 пациентов - 27,6%). При этом все нежелательные явления: сухость во рту (3 наблюдения), тахикардия (2 наблюдения), потливость (2 наблюдения), головокружение (1 наблюдение) - относились к числу легких, не требующих не только отмены терапии, но даже снижения дозы в связи с их полной обратимостью в течение нескольких дней. Антихолинергический характер побочных эффектов позволяет связать их с воздействием Пиразидола не столько на систему ингибирования МАО, сколько на обратный захват моноаминов, присущим этому антидепрессанту [6,8]. Положительная динамика с редукцией депрессивных расстройств в процессе терапии (понедельное снижение средних суммарных показателей по шкале Гамильтона) графически представлена на рисунке 2. Можно видеть, что в ходе лечения наблюдается гармоничная редукция проявлений депрессии. Тенденция к снижению суммы баллов по этой шкале отчетливо выявляется уже ко второй неделе терапии и к 4-й неделе более чем 50% снижение значений соответствующих показателей становится статистически значимым (р<0.01). Рис. 2. Редукция депрессивных расстройств в процессе терапии пиразидолом (динамика суммарного балла шкалы HDRS-21) Если рассматривать психофармакологическую активность Пиразидола с учетом дифференциации клинико-фармакологических эффектов антидепрессантов в зависимости от принадлежности проявлений депрессии к позитивной или негативной аффективности [11,12], то Пиразидол может быть отнесен к числу антидепрессантов, достоверно эффективных при депрессиях с преобладанием позитивной аффективности. Об этом свидетельствуют следующие факты. В числе нон-респондеров к терапии Пиразидолом в изученной выборке оказались больные с преобладанием в картине депрессий проявлений негативной аффективности - апато-адинамических и деперсонализационных. Этот результат, хотя и расходится с данными некоторых исследователей [2], указывающих на эффективность Пиразидола при депрессиях с подобной симптоматикой, но не противоречит концепции тимоаналептической активности антидепрессантов [12]. Эта концепция в отличие от традиционных представлений о спектре клинических эффектов антидепрессантов, в соответствии с которыми стимулирующие тимоаналептики противопоставляются седативным, позволяет соотнести свойства психотропных средств этого класса не с отдельно взятыми симптомами (психомоторное торможение - тревога), а с целостной психопатологической характеристикой депрессивного расстройства. В качестве такой характеристики рассматривается доминирование в клинической картине явлений позитивной или негативной аффективности. С этой точки зрения могут быть представлены и клинические данные настоящего исследования, свидетельствующие о равной эффективности Пиразидола при депрессиях с преобладанием с преобладанием витальных, тревожных, ипохондрических (с преобладанием сенсоипохондрии) проявлений. Как это показано на рисунке 3, и при формализованной оценке между такими параметрами HDRS-21 как «депрессия», с одной стороны и «тревога» - с другой (Параметр с клинической точки зрения включает как соматические симптомы гипотимии, так и анксиозные расстройства (соматическая тревога).) , в традиционной интерпретации представляющих собой симптомы-мишени, «ответственных» за полярные свойства антидепрессантов: стимулирующее либо седативное, существенных различий не обнаружено. В процессе терапии Пиразидолом наблюдалась редукция всех перечисленных составляющих депрессивного синдрома, причем обратное развитие тревоги (вопреки мнению о минимальной эффективности препарата в подобных случаях [4, 9]) даже опережает положительную динамику собственно депрессивных проявлений. Эта особенность психотропной активности пиразидола - способность препарата купировать как психомоторное торможение, так и тревогу, может быть интерпретирована в свете изложенной выше концепции тимоаналептического действия антидепрессантов. Рис. 3. Динамика средних показателей по параметрам HDRS-21 "депрессия" - "тревога" - "соматизация" Обсуждение Установлено, что Пиразидол является эффективным антидепрессантом, обладающим благоприятным профилем переносимости и безопасности, что согласуется с данными литературы. Хорошая переносимость, отсутствие выраженных побочных эффектов является несомненным преимуществом препарата. Быстрое развитие тимоаналептического эффекта, гармоничное влияние как на тоскливый, так и на тревожный аффек